Мы стараемся устранить предвзятость в нашем библейском толковании, но, возможно, нам следует принять ее.
«Это не библейская норма, это просто культурная норма».
Возможно, вы слышали, как кто-то говорит это, когда спорит о том, как стих из Библии применим к нам сегодня.
Или они могут сказать: «Давайте отбросим наши предвзятые идеи, чтобы мы могли услышать, что на самом деле говорит Библия». Или: «Вам нужно изучать Библию правильным методом, иначе вы будете видеть в ней свои собственные предубеждения». И самый выигрышный аргумент: «Когда они говорят, что Библия позволяет им это делать, они ошибаются, потому что они нашли способ заставить Библию означать то, что они хотят, чтобы она означала».
Возможно, вас удивит тот факт, что эти способы толкования Библии ошибочны в очень важном смысле. Этот смысл связан с чем-то жизненно важным, что стоит на кону, когда мы пытаемся понять, как нам толковать Библию. Я надеюсь, что вы лучше поймете, что это такое, и объясните*, почему вы, возможно, толкуете Библию лучше, чем можно было бы предположить на основании такого понимания.
В нас ли проблема?
Если ваш опыт похож на мой, то вы, скорее всего, согласитесь с тем, что подобные понятия, выраженные в вышеприведенных высказываниях, обычно преподаются и предполагаются в адвентистской общине. Я не собираюсь утверждать, что такие взгляды всегда ошибочны. Я сам придерживался таких взглядов, и я думаю, что мои мотивы были хорошими в той мере, в какой я верил в них из желания сохранить себя в соответствии с истиной Слова Божьего. И я по-прежнему трепещу перед реальной возможностью того, что при чтении Библии я могу каким-то образом подменить Божий голос своим собственным.
Однако общая нить, проходящая через все эти высказывания, заключается в предположении, что человеческая личность в первую очередь является препятствием для понимания и применения Божьего Слова. Согласно этой мысли, Библию лучше всего толковать, если свести к минимуму или даже исключить собственную историю, опыт, волю, желания, намерения и т.п., поскольку эти аспекты личности формируют предубеждения относительно смысла вещей, в том числе и Божьих. В конце концов, если наш собственный разум ответственен за введение нас в заблуждение больше, чем что-либо другое (согласно Иеремии 17:9), то не является ли решением полностью убрать его с пути?
Такой взгляд на толкование Библии выливается в различные предложения по методам толкования, которые обещают уменьшить или устранить предвзятость толкования различными способами, чтобы мы все могли прийти к одинаковым выводам.
Идеальный толкователь
Давайте попробуем представить себе, каким должен быть идеальный толкователь Библии, исходя из того, что наше прошлое, предубеждения и предвзятость в основном мешают нам понимать Писание. У этого идеального толкователя не должно быть никакого опыта, предшествующего встрече с Библией, или какого-либо чувства, что у него есть история, поскольку это может привести к неправильным ожиданиям относительно того, что означает Библия или о чем она; никаких желаний, поскольку даже желание понять Библию может привести к тому, что мы будем вкладывать в текст смысл, который Бог не имел в виду; никакой воли, поскольку это даст нам возможность выбрать что-то еще, кроме толкования Библии и послушания ей; и никаких намерений, поскольку это может привести идеального толкователя к искажению представления Библии о Божьих целях. Короче говоря, идеальный толкователь Библии — в предположении, что человеческая личность является главным препятствием для понимания и применения Божьего Слова — подобен машине или находится в процессе превращения в нее: «не свободным нравственным существом, а простым автоматом», существом, которое «поддержало бы обвинение сатаны в произволе Бога» (Эллен Г. Уайт, Патриархи и пророки, 49).
Если наш собственный разум ответственен за введение нас в заблуждение, то не является ли решением полностью убрать его с пути?
Однако Библия была написана не для машин. Она была написана для таких людей, как вы и я — грешных, падших человеческих существ — потому что Бог хотел наставить нас в мудрости для нашего спасения через веру в Иисуса Мессию и укрепить наши нравственные качества, чтобы мы могли творить добро в падшем мире (2 Тимофею 3:15-17). Библия не была написана для того, чтобы превратить нас в роботов, работающих на программном обеспечении Писания. Скорее, согласно Библии, ее идеальные толкователи становятся мудрыми и приобретают здравый смысл. Им нужно, чтобы история их жизни имела какое-то значение, и они могут соединить свою историю с историей Бога, чтобы достичь этого опыта. Они желают добра и могут сделать выбор в пользу доверия Богу. Поэтому правильное толкование Писания не может быть обусловлено тем, что мы действуем так, как будто мы машины. Мы правильно толкуем Библию как земные, воплощенные личности, оказавшиеся в небесной драме, а не как компьютерные программы, перебирающие абстрактный код в сфере, не зависящей от сознания, времени и местоположения.
Между Верией и Афинами
Евангельская весть апостола Павла была лучше всего принята в синагоге города Верии: «Сии [Иудеи] были благоразумнее Фессалоникских, потому что приняли слово со всею готовностью и ежедневно исследовали Писания, чтобы узнать, так ли это» (Деян. 17:11, NKJV). Этот стих является примером подхода sola scriptura к богословию: принять Божье слово, сравнить его с предыдущим Божественным откровением, вынести справедливое суждение и поступать соответственно. «Посему многие из них уверовали, и не мало из Еллинов, как женщин, так и мужчин» (Деян. 17:12, NKJV).
Что нам делать, если мы прошли через этот процесс и все еще не согласны? И как мы объясним это, если наши разногласия проходят по линии культурных различий? Давайте читать дальше.
Верия была слишком близка к враждебно настроенным иудеям, которые присутствовали в Фессалониках, поэтому Павлу пришлось уехать в Афины (Деян. 17:13-15). Там его приняли совсем иначе, чем в Верии: впервые проповедь Павла о Христе нашла отклик не только среди иудеев и богобоязненных язычников, но и среди язычников (Деян. 17:16-18). Записывая дальнейшие действия Павла, Лука дал нам единственное в Библии четкое объяснение того, как Бог действует в истории и в культурах, которые создает история, чтобы привлечь людей к Себе.
Библия была написана не для машин; она была написана для таких людей, как вы и я.
Павел был огорчен идолопоклонством афинян (Деян. 17:16), но в связи с их грехом он нашел зерно истины: жертвенник неизвестному Богу (Деян. 17:23). Получив приглашение выступить перед философами (Деян. 17:19-22), он объяснил, что этот жертвенник находится в их городе потому, что Бог действует в истории каждой группы людей в мире. Бог меняет времена и границы групп людей, сея семена истины в их культурах, которые открывают им путь к поиску Бога и нахождению Его (Деяния 17:26-27). Именно так Павел смог увидеть алтарь неизвестного Бога таким, каким он был на самом деле.
Да, группы людей, с которыми мы себя идентифицируем, и связанные с ними языки и культуры меняют для нас смысл Писания. Некоторые из этих изменений могут отдалять нас от Бога таким образом, с которым другие группы не сталкиваются, но другие изменения приближают нас к Богу таким образом, который другим группам трудно понять. Называть такое положение вещей «путаницей» и желать, чтобы было иначе, значит мечтать о вавилонском единстве (Бытие 11:4), которое приводит к духовной путанице глобального господства Вавилона последнего времени (Откровение 18:23-24); ибо единство в многообразии, которое Бог дает Своему народу, для нечестивых оказывается путаницей (Деяния 2:6-13).
Что же требуется для правильного толкования Библии? Необходимы предубеждения, предрассудки и культурный опыт, потому что без них не было бы оснований для толкования Библии.
Для начала нам нужно предубеждение, которое исходит из любви и направлено на то, чтобы лучше познать Бога и согласовать свою волю с Его волей (Матфея 22:37).
Нам также нужны предубеждения, основанные на нашем опыте, которые формируют в нас общее чувство реальности, без которого Писание ничего бы для нас не значило. Но нам также необходим опыт того, как Бог обновляет наш разум, чтобы мы были готовы пересмотреть как наши понятия, так и наши прежние толкования, основываясь на новых смыслах, которые мы находим в Писании. Методы, которые уменьшают предвзятость в толковании, как те, что изложены в Заявлении адвентистской церкви в Рио-де-Жанейро 1988 года, полезны в этом вопросе, потому что они одновременно побуждают нас рассматривать альтернативы и исключать варианты толкования, если только мы не представляем, что эти методы заменят веру и суждения. Они делают знание активным, а действие необходимым для преобразования характера.
И нам нужна любовь к себе и другим, чтобы мы могли оценить семена истины в нашей собственной жизни, не исключая при этом того, что семена истины, которые Бог поместил в других, могут разоблачить наши собственные склонности к греху (Матфея 22:39). Мы изменяем наши предубеждения, изменяя наш опыт; мы изменяем наш опыт, изменяя нашу практику; и мы изменяем нашу практику стремлениями и сообществом веры, которые Святой Дух объединяет в нас и среди нас (Галатам 5:22-6:5). Для этого необходимы отношения, в которых люди разного происхождения могут продуктивно спорить о своих интерпретациях не только Писания, но и жизни в целом, обращая внимание на несоответствия и демонстрируя друг другу, как услышать Божий призыв в Писании и жить честно.
Чтобы начать, нам нужно предубеждение, которое исходит из любви и направлено на то, чтобы лучше познать Бога
Наконец, нам нужно расти как людям, двигаясь вперед и назад по этим различным областям толкования, снова и снова, и снова, и снова, и снова, и снова, в вечность постоянно раскрывающегося и отражающего разнообразные измерения Божьего характера любви. Если вы хотите начать расти таким образом, начните или объединитесь с молитвенным партнером или малой группой с этой целью.
Вместо безликого идеала беспристрастного толкования Библии я предлагаю принять, вместо того, чтобы восставать против нашей ограниченной, неустранимо пристрастной тварности, уникальный вид релятивизма — не идолопоклоннического релятивизма, который относит все вещи к человеческому суждению, а благоговейного релятивизма, который относит все вещи, включая человеческое суждение, к Богу.
Дэвид Хамстра — ведущий пастор центральной церкви адвентистов седьмого дня в Эдмонтоне, провинция Альберта, Канада, и докторант богословия в Университете Эндрюса.
________________________________
* Мое объяснение в целом опирается на идеи герменевтической традиции в континентальной философии, связанной с Мартином Хайдеггером (1889-1976), Хансом-Георгом Гадамером (1900-2002) и Юргеном Хабермасом. Фернандо Л. Канале, заслуженный профессор теологии и философии Университета Эндрюса, испытал влияние этой традиции, особенно в своих ранних работах. Она также стимулировала современные размышления о библейской и богословской интерпретации в более широком христианском сообществе, придерживающемся высокого взгляда на Писание, включая работы Кевина Дж. Ванхузера и Джеймса К. А. Смита.
По материалам Adventist Review
